ГЛАВНАЯ АРХИВ НОМЕРОВ СПЕЦНАЗ МИРА ВООРУЖЕНИЕ ЭКИПИРОВКА ТРАНСПОРТ ОПЕРАЦИИ
 
 

 

 

 
 
 










 
 

Боец - одиночка

Правда и выдумки о спецотрядах ВМС США

В своеобразном мире специальных операций бойцы SEAL ВМС США занимают особое место. Название это образовано от слов Sea — море. Air — воздух. Land — земля. Военнослужащие, входящие в это подразделение, прошли подготовку, позватяюшую им выполнять поставленные задачи в любых мыслимых на Земле условиях. Чем они, собственно, и занимаются начиная с 1962 года, когда ВМС впервые приступили к осуществлению этой программы. И вот настало время, когда имя одного из этих суперсолдат приобрело почти общенациональную известность. Бывший боец SEAL Ричард Марчинко, «боец—одиночка», выпустил книгу мемуаров («Боец-одиночка», издательство «Покет Букс», Нью-Йорк, 1992), которая вошла в список бестселлеров газеты «Нью-Йорк Тайме». Как бы то ни было, а именно на этом произведении основывается теперь общественное мнение о том. что же такое SEAL.

 

1967 год. «Боец-одиночка» во время рекламной кампании SEAL. Рядом с ним снаряжение боевого пловца, в руках он держит штурмовую винтовку М16А1 с 40-миллиметровым под-ствольным гранатометом ХМ-148. Эта фотография была напечатана в журнале для мужчин вместе с интервью, где Марчинко назвали «акулой Дельты». Фото: «Нью-Йорк Дейли Ньюс»

Однако при этом не может не возникнуть вопрос: а насколько то, о чем пишет автор, соответствует действительности? Назначив сам себя своего рода «спикером» SEAL, Марчинко, казалось бы, должен придерживаться фактов. Но он не делает этого.

К счастью для будущих поколений, существует богатый документальный материал, относящийся к этому периоду, да и остальным бойцам SEAL есть что вспомнить. Марчинко сказал свое слово — теперь настало время говорить другим.

Коммандо из угольного бассейна

Ричард Марчинко поступил в ВМС, чтобы уйти от беспросветной нищеты угледобывающих районов Пенсильвании. Это было в 1958 году, и единственными подразделениями ВМС США, которые имели отношение к специальным операциям, были команды подводных подрывных работ (UDT). Впервые такие команды были сформированы в годы II мировой войны, когда малочисленные группы «людей-лягушек», как часто называют боевых пловцов, успешно готовили плацдармы для большинства десантных операций того периода. Они уничтожали препятствия и заграждения, открывая путь следовавшим за ними сухопутным войскам и морской пехоте. Такая работа требовала незаурядного мужества и героизма.

Однако именно в этот период на горизонте забрезжило нечто новое. Военная доктрина «гибкого реагирования», принятая при Джоне Ф. Кеннеди, а также постоянное возрастание военной активности в Юго-Восточной Азии заставили ВМС приступить к созданию войск для осуществления специальных операций принципиально нового типа — SEAL. В 1965 году Марчинко закончил офицерскую школу с присвоением ему звания энсин. В этот же период развертываются два отряда SEAL, которые планируется направить во Вьетнам. Марчинко получает назначение в один из этих отрядов.

Именно Вьетнам и был тем грозным испытанием, после которого войска SEAL стали тем, что они есть. Здесь они прошли крещение огнем, сполна оправдав доверие президента Кеннеди, отдавшего распоряжение о создании войск для осуществления специальных операций в ответ на постоянное нарастание революционного движения в странах Третьего мира.

Первые военнослужащие SEAL появились во Вьетнаме в 1961 году, где они были задействованы в рамках программы тайных операций, направленных против Северного Вьетнама. Они консультировали экипажи южновьетнамских катеров, совершавших рейды вдоль побережья ДРВ, а также оказывали помошь в ходе разработки программы подготовки так называемых «провинциачьных разведывательных подразделений» (PRU) — военизированной организации, создававшейся с целью выявления и последующего уничтожения подпольной политической инфраструктуры, созданной коммунистами на территории Южного Вьетнама.

Сентябрь, 1967 год. Приблизительно в 70 милях от Сайгона. Бойцы SEAL проводят операцию по уничтожению базы вьетконговцев у берега реки Бассак, такой медлительной и такой опасной. Фото: МО США

Однако до 1966 года военнослужащие SEAL действовали не в составе своих подразделений. Первое боевое крещение подразделения SEAL полу-чили в дельте реки Меконг, районе с чрезвычайно высокой плотностью населения, не подходившем, по мнению военных теоретиков, для действий крупных подразделения сухопутных сил США с их всесокрушающей огневой мощью. Итак, в 1966 голу отряд SEAL-1 отправился в особый район Рунг Сат, в болотах и топях которого, по имевшейся информации, находили себе приют и убежище многочисленные подразделения Вьетконга.

Группы отряда SEAL-2 начати прибывать в страну с 31 января 1967 года. После акклиматизации в местечке Нха Бе, недалеко от Сайгона, отряд был отправлен в район реки Бассак. Река эта с ее многочисленными притоками образует сеть водных путей параллельно крупнейшей реке Вьетнама — Меконгу. Переброска в этот район отряда SEAL-2 была одним из мероприятий в ходе очередной попытки повысить контрпартизанскую эффективность вооруженных сил США. не доводя при этом боевые действия до интенсивности, которая могла бы привести к значительным жертвам среди мирного населения. Последующие пять лет отряды SEAL оставались в дельте Меконга, оттачивая свое мастерство в ведении контрпартизанских действий и вообще всеми доступными им способами осложняя жизнь вьетконговцам.

Особый район Рунг Сат (дельта Меконга), где в запутанной мешанине болот и проток притаились многочисленные партизанские базы. Бойцы SEAL остановили для обыска рыбачий сампан. Фото: МО США

Итак, бойцы SEAL впервые столкнулись с противником — реальным, и тем, что у каждого в душе — в причудливом лабиринте проток и топей дельты Меконга. Если смотреть с воздуха, эти протоки, словно цепочки бриллиантов, сверкают среди бархатной зелени рисовых плантаций и лесса. Но если смотреть с земли, то это просто гигантская трясина, во всех направлениях изрезанная канатами и протоками. Дельта Меконга была раем для партизан-вьетконговцев и адом — для американцев и их союзников. Словом, трудно представить себе более подходящее место, для того чтобы узнать, чего стоит SEAL в настоящем деле.

В марте 1967 года энсину Марчинко довелось впервые вкусить настоящего боя. Марчинко подробно описывает свое первое боевое задание. Согласно плану операции, две группы должны были развернуться на различных участках вдоль реки Бассак и организовать засады. В их числе было и подразделение Марчинко, группа «2В». Ей была поставлена задача ночью высадиться на южной оконечности острова Тан Динх, затем организовать засаду и ожидать контакта с противником.

Остров Тан Динх представляет собой одиннадцатикилометровую полосу непролазной грязи, омываемую со всех сторон медленно текущим Бассаком. Тогда это было одним из самых излюбленных мест «чарли» (одно из жаргонных наименований вьетнамских партизан). В такого рода операциях всегда действовало одно правило, все, что движется по реке после наступления темноты, считается противником и подлежит уничтожению. 2-я мобильная группа поддержки (MST-2) из состава 1-го отряда катеров поддержки (BSU-1) была выделена для обеспечения операции, осуществляемой 2-м и 3-м взводами отряда SEAL-2. В этой операции они должны были взаимодействовать с группой «2В», которой командовал Марчинко. Общее руководство операцией возлагалось на командира 3-го взвода SEAL лейтенанта Ларри Бейли.

Командир MST-2 лейтенант Сэм Брейли определил задачи своих катеров следующим образом: оказывать огневую поддержку действиям группы «2 В» и обеспечить ее эвакуацию после выполнения боевой задачи. В то же время два бронекатера должны были блокировать реку в узком месте к северо-востоку от острова Тан Динх, с тем чтобы вьетконговские лодки и катера не могли скрыться с поля боя. Еще один средний десантный катер (LCM) с группой поддержки SEAL на борту находился к западу от острова.

Лейтенант Бейли разместился со своими людьми в легком катере STAB (тактический штурмовой катер SEAL). Эта небольшая лодка с корпусом из стеклопластика, двумя подвесными моторами «Меркурий» мощностью 85 slc каждый и двумя пулеметами М60 калибра 7.62 мм (по одному с каждого борта) могла доставлять группы к месту боевых действий быстро и эффективно Но основной задачей этого легкого катера было все же осуществление контроля за близлежащей акваторией на предмет появления катеров или лодок противника, а также обеспечение огневой поддержки группы Марчинко.

Окаю 21.00 группа «2В» приступила к выполнению своей задачи. Шестеро бойцов молча скользнули через борт другого катера STAB и, преодолев вплавь узкую протоку, вышли на остров Тан Динх. Месяцы напряженных тренировок оказались не напрасными: действия каждого из бойцов SEAL были отработаны буквально до автоматизма. Группа растворилась в прибрежных зарослях примерно в 50 метрах от реки. Затем они стали ждать.

В течение последующего часа ничего не произошло. Лица бойцов покрывал слой черного и темно-зеленого боевого грима, все снаряжение было тщательно подогнано, чтобы избежать малейшего бряцанья и шума. Они сидели так тихо, что об их присутствии позабыли даже комары и москиты. Перед заданием Марчинко проинструктировал подчиненных, что засада должна обнаружить себя только после появления четко различимой цели. Поскольку любой звук мог раскрыть их, он даже выключил радио, прекратив связь с катерами поддержки.

Цепочку засевших в засаде бойцов замыкал главный старшина Роберт Галлахер. Это был бывалый солдат — третий срок во Вьетнаме. Военно-морской крест и 2 ордена «Серебряная звезда». Но в этот раз он чувствовал себя таким же необстрелянным новобранцем, как и остальные. Тщетно пытался он разглядеть хоть что-нибудь в непроглядной черноте тропической ночи — только маслянистый блеск воды в протоке, и больше ничего.

Поэтому, когда кто-то открыл огонь, Галлахер сначала ничего не мог понять. Перед этим он не только ничего нe видел, но и не слышал никаких посторонних звуков. Но интенсивная подготовка по программе SEAL дала свой эффект, и после секундного — замешательства Галлахер уже методично обстреливал из AR-15 свой сектор. Секунд через тридцать стрельба сошла на нет. Солдаты тут же начали оживленно переговариваться, дисциплина и осторожность на некоторое время были забыты. Двое утверждали, что убили своих первых комми.

Но Галлахер отнюдь не разделял их уверенности и воодушевления. Ему было абсолютно неясно, в кого они, собственно говоря, стреляли. Тем более, что в ответ на их огонь не было сделано ни единого выстрела. В то время как его товарищи по группе вопили от радости, словно индейцы на тропе войны, Галлахер сумел разглядеть в темноте утлый сампан, медленно дрейфуюший по течению в сторону отмели.

Январь 1968 года. Система каналов в провинции Кьен Хоа в 50 милях к юго-западу от Сайгона. Бойцы SEAL высаживаются с патрульного катера в районе базы вьетконговцев. Здесь им удалось разрушить 45 бункеров, в том числе пропагандистский центр и 2 пункта сбора налогов, и захватить в плен 51 партизана, впоследствии допрошенных. Фото: МО США

«Я подошел к сампану. — вспоминает Галлахер. — В нем не было ничего, кроме нескольких сигарет и одних наручных часов». Куда же тогда делись убитые вьетконговцы? И где их оружие?

Галлахер едва успел задать себе эти вопросы, как вдруг на берегу снова началась ожесточенная пальба. Спасаясь от пуль своих же товарищей, Галлахер едва успел упасть на землю, когда ручная граната, брошенная одним из SEAL, взметнула свой смертоносный гейзер не далее чем в десяти метрах от него. И снова никакой реакции со стороны противника. Галлахер подполз обратно к месту засады, и что же открылось его глазам? «Я увидел, как несколько солдат из моего отделения ведут бешеный огонь из своего оружия», — вспоминает ветеран.

Такая недисциплинированность нескольких бойцов могла дорого стоить всей группе. Как бы то ни было, но той ночью, к счастью для них, вьетконговцы не атаковали. Согласно докладам, представленным после завершения операции, противник открывал огонь только один раз с прибрежной отмели примерно в 1500 метрах к юго-востоку от группы «2В», причем скорее всего стреляли на звук двигавшихся по реке к югу от Марчинко штурмового и среднего десантного катеров.

Галлахер и Марчинко пытались охладить свое не в меру разгорячившееся воинство, но адреналин уже поступил в кровь, и вот тени превратились в подкрадывающихся вьетконговцев, а река заполнилась призрачными сампанами. По словам Галлахера, некоторые солдаты совершенно утратили самоконтроль, открывая огонь на каждый звук или движение. Потребовалось несколько минут, чтобы, наконец, прекратить это безобразие и кое-как расположить группу в некое подобие правильного боевого порядка.

А в это время находившийся на борту штурмового катера лейтенант Бейли никак не мог понять причины столь неистовой стрельбы. Его катер STAB поднялся на полмили вверх по реке, чтобы посмотреть, что могло вызвать непонятную отметку на экране радара среднего десантного катера. Это оказался поднимавшийся вверх по реке южновьетнамский патрульный катер. Когда Бейли закончил выяснение этого обстоятельства, он находится не более чем в 500 метрах от того места, где сидела в засаде группа Марчинко.

1968 год, Южный Вьетнам. Боец SEAL, вооруженный штурмовой винтовкой «Стоунер», внимательно смотрит сквозь густые джунгли на протоку. Любое движение там может означать опасность. Фото: МО США

Бейли несколько раз пытался вызвать группу на связь, но безуспешно. Бейли не знал, что и думать: может быть, группа в опасности? А может быть, у них погиб радист? В случае серьезной опасности группа должна была подать сигнал об эвакуации ракетой — но не было ни ракеты, ни вообще какой-либо информации.

Подождав еше несколько минут. Бейли решил действовать. Связавшись с лейтенантом Брейли. находившимся на борту среднего десантного катера, он сообщил ему, что намерен подойти к берегу вблизи места засады. В случае, если группе SEAL угрожала опасность, ее эвакуация становилась наиважнейшей задачей независимо от прочих условий. Тем не менее. Брейли высказал сомнение в целесообразности принятого решения об оказании поддержки группе Марчинко.

«Принятое Бейли решение вызвало у меня естественную озабоченность и тревогу, — вспоминает командир поддерживающей группы. — Он хотел высадиться на берег и выдвигаться к месту засады пешком, не имея никакой информации о том, что там происходит». Однако и его катер никак не мог связаться с группой Марчинко, таким образом, эвакуация была единственным логически обоснованным решением. Катер Бейли также немного поднялся вверх по реке, чтобы при необходимости поддержать огнем штурмовой катер, выдвигающийся за группой, оставаясь на расстоянии полумили от него, «во избежание чрезмерной скученности в зоне эвакуации».

STAB рванулся прямо к позиции группы «2В». Бейли не мог знать, что вьетконговцами там и не пахло, впрочем, его вполне могли подстрелить и практически утратившие контроль над собой бойцы Марчинко. Тем не менее, Бейли и с ним еще один боец SEAL, Уильям Брумюллер, не раздумывая, выскочили из катера на берег (третий, Рон Фокс, остался в катере) и почти тут же наткнулись на группу Марчинко.

По словам Бейли, они вовсе не выглядели спасающимися бегством от неминуемой смерти. «Паники не было, речь шла скорее о пренебрежении дисциплиной патрулирования и требованиями элементарной безопасности, — вспоминал он впоследствии. — Они ликовали по поводу первой пролитой ими крови, причем делали это довольно громко».

Брумюллер вспоминает, что, когда они с Бейли высадились на берег, они сразу услышали, что группа «2В» идет им навстречу, смеясь и болтая. При этом ни один из солдат группы Марчинко не утверждал, что был бой. «Обычно после по-настояшему горячего дела парни выглядят опустошенными, и должно пройти какое-то время, прежде чем они придут в себя. У ребят из «2В» я не заметил ничего похожего. Поэтому, мне кажется, никакого боя там не было, так, постреляли, и все дела», — считает Брумюллер.

Трое убитых?

Итак, в 23.10 довольная собой группа «2В» разместилась в катере STAB и направилась к поджидавшему ее среднему десантному катеру.

Ну а где же убитые въетконговцы? Найдено было два тела, третий отнесен к «возможно убитым». Марчинко, конечно, утверждает, что те входили в политическую структуру Вьетконга. Но скорее всего это были простые рыбаки, на свою беду вышедшие на реку после наступления темноты. Бейли, например, больше склоняется к этой версии: «Не могу сказать, чтобы я тогда уж очень расстроился. Ведь было объявлено, что после наступления темноты в этой зоне огонь открывается без предупреждения. Так что любой человек, пренебрегший этим запретом, мог поплатиться за это жизнью. Я все же здорово сомневаюсь, что эти парни были закоренелыми вьетконговцами».

Похоже на то, что и в самой группе Марчинко некоторые, во всяком случае тогда, придерживались того же мнения. По словам Бейли, радист группы Джим Уотсон сказал тогда: «Это были просто обыкновенные рыбаки, которые оказались в неправильное время в неправильном месте». Однако Марчинко был уверен, что ему удалось обезвредить важных курьеров вьетнамской компартии.

1974 год, Камбоджа, док на реке Меконг. Марчинко — военно-морской атташе США в Камбодже. На заднем плане камбоджийский экипаж патрульного катера PBR. С таких катеров ВМС Камбоджи обстреливали засады, устроенные красными кхмерами по берегу реки. Так продолжалось до победы коммунистов в 1975 году. Фото: ВМС США

По завершении своего первого срока пребывания во Вьетнаме Марчинко окончательно утвердился в мысли, что он прирожденный воин и лидер. Его группа не несла серьезных потерь (чем он по праву гордился) и постепенно превратилась из недисциплинированной горстки горячих голов в слаженную и эффективную команду. Одно плохо: Марчинко вернулся из Вьетнама с совершенно извращенным понятием о том, что такое война и что такое смерть.

С декабря 1967 года Марчинко снова во Вьетнаме. Теперь он уже младший лейтенант, командир 8-го взвода отряда SEAL-2. Перед наступлением праздника Тэт он вместе со своими бойцами находился в провинции Чау Док, недалеко от камбоджийской границы, на самой южной оконечности Вьетнама. Хотя Тэт — новый год по лунному календарю — одинаково почитался в обеих частях Вьетнама и обычно на этот период боевые действия прекращались, в 1968 году Вьетконг решил нарушить традиционное перемирие, нанеся в эти дни решительный удар. Но американские военные предполагали, что те могут решиться на подобное.

Взвод Марчинко совместно с местным провинциальным разведывательным подразделением (PRU) осуществлял в этот период операцию в районе границы с Камбоджей. В ночь на 31 января они наткнулись на группы вьетконговцев, сосредотачившихся для атаки. В то время они не знали, что наблюдают начато наступления Тэт. Подавляюшее численное превосходство противника заставило бойцов SEAL и PRU отойти в город Чау Док. Менее чем через два часа (чуть позже 03.00) столицу провинции атаковали вьетконговцы, общим числом примерно 1400 человек.

Не обученные смертоносному искусству городского боя, бойцы SEAL сделали все возможное, чтобы хоть как-то укрепить оборону. 8-й взвод Марчинко и горстка американских советников, работавших с PRU, метались по всему городу, нанося всей имевшейся у них огневой мощью удары по критическим точкам. В самом центре города небольшая группа SEAL обнаружила штаб тактической группировки противника, располагавшийся, как это ни странно, в кинотеатре, и постаралась его уничтожить.

1967 год. Действуя в рамках операции «Феникс», один из бойцов SEAL сопровождает подозреваемого в сотрудничестве с партизанами вьетнамца к десантному катеру для проведения дознания. Фото: МО США

Старшина Кларенс Т. Ришер был единственным бойцом SEAL, который погиб под командованием Марчинко. Конечно, для того это было серьезным ударом. Если верить «бойцу-одиночке», в самый разгар боя Марчинко повел за собой немногочисленную группу SEAL, очищая от противника один дом за другим. Вдоль улицы ударил вражеский пулемет, и бойцы залегли. Все, кроме Ришера, который, если верить Марчинко, «схватил свой «Стоунер и выскочил на середину улицы, что-то крича и непрерывно ведя огонь». Это было в Додж Сити (Вьетнам).

В действительности рядом с Ришером в тот момент находились двое бойцов SEAL — Фрэнсис Ф. Торнтон (о котором Марчинко вовсе не упоминает) и Гарри Хамфрис, оба главные старшины. Торнтон находился во Вьетнаме уже 13 месяцев в качестве советника при южновьетнамском эквиваленте SEAL Пак называемый Лиен Доан Нгуои Нхаи, или морские коммандос). Хамфрис был специалистом-подрывником в составе 8-го взвода SEAL, которым командовал Марчинко.

По словам Торнтона, группа из состава 8-го взвода, в которую вошли также Ришер и Хамфрис, отправилась на джипе к центру города, чтобы помочь выбить вьетконговцев из кинотеатра, где те оборудовали командный пункт. Однако ко времени их прибытия противник успел закрепиться, и кинотеатр встретил их огнем. Тогда они решили выкурить противника при помощи 57-миллиметрового безоткатного орудия. Но его огневой мощи явно недоставало, тем более что позиция противника располагалась выше их позиции. Тогда они решили втащить орудие на крышу и таким образом обеспечить себе преимущество.

Хамфрис прекрасно помнит, что произошло дальше: «Мы трое (Торнтон, Ришер и я) поднялись на крышу дома с задней стороны и начали искать место, откуда было бы удобно вести огонь. Там был парапет, и Тэд (Ришер) пошел по нему первый, я за ним. И тут противник заметил меня». Тут же вокруг засвистели пули. Одна из них отколола кусок бетона от стены прямо между его ногами. Хамфрис залег.

Ришеру повезло меньше. «Он приподнял голову чуть выше, чем следовало, и пуля попала в него. Мне показалось, — говорит Хамфрис, — что это была шальная пуля, выпущенная из американского карабина M1 и бог знает какими судьбами залетевшая к нам на крышу». Остальные бойцы SEAL тут же кинулись по крыше на выручку своему товарищу, но было поздно. Пока они выносили его из зоны боевых действий, Ришер скончался.

Торнтон подтверждает рассказ своего товарища: «Мы с Тэдом пытались затащить безоткатное орудие на крышу. Остальной взвод прикрывал нас с земли Ришер приподнялся, чтобы подтянуть канат, тут пуля и попала в него - прямо в лоб».

Автор: Дейл Андрадэ   

Солдат удачи (№3) 11/1994 г.