ГЛАВНАЯ АРХИВ НОМЕРОВ СПЕЦНАЗ МИРА ВООРУЖЕНИЕ ЭКИПИРОВКА ТРАНСПОРТ ОПЕРАЦИИ
 
 
 
   
 
 
 
 

Штурм с. Новогрозненского бойцами отряда «Витязь»

 
Автор: Андрей Кузьминов

Прибытие
В лагере, расположенном в чистом поле на территории Дагестана, нас радостно встретили ребята из отряда «Витязь», участвовавшие еще но взятии Первомайского, Эта часть отряда спецназа послезавтра должна улететь на отдых в Москву. «Старожилы» резко отличаются от прибывших им на смену. Усталые лица, покрытые тетиной, пропахшие дымом. За спиной у них бон за Первомайское, где они потеряли двоих товарищей погибшими и 18 ранеными.
В штабной палатке отряда «Витязь» царит оживление. К и. о. командира отряда заходят командиры заменяющихся и вновь прибывших групп. Вечером па совещании собираются командиры штурмовых групп. Зам. командира отряда по спецподготовке после доклада обшей оперативной обстановки переходит к деталям предстоящей операции в населенных пунктах Кади-Юрт и Энгель-Юрт. Цель данной операции — показать, кто истинный хозяин на этой территории, изъять часть оружия и арестовать наиболее активных дудаевских боевиков, по данным разведки, проживающих в этих селах, а также сменить администрацию сел на более лояльную.

Похищение
12 февраля в 9.00 выезжаем в район Кади-Юрта. Первая ГСН (группа спец-назначения) «Витязя» из двух БТРов двигается в голове колонны в составе ГПЗ (головная походная застава). Проезжаем границу Дагестана и Чечни. Стены домов и заборов чеченских сел испещрены продудаевскими лозунгами. На одной стене надпись; «Салман Радуев, мы с тобой!»
На железнодорожном переезде перед Кади-Юртом нас встречает толпа местных жителей во главе с представителями администрации села. Над нами барражируют три вертолета. После переговоров колонна заходит в село. Штурмовые группы «Витязя», проехав село, организовывают заслон на случай возможного нападения боевиков.
В трех километрах от Кали-Юрта расположено село Энгель-Юрт. Хорошо видно, что там уже собралась толпа людей. В прицел СВД видно, что в толпе гражданских на въезде в Энгель-Юрт появились люди в белых маскхалатах.
Подъехали представители села Энгель-Юрт. Их волнует, когда начнется «проческа» их села: «Люди волнуются, ждут вас, когда же вы войдете в село, чтобы убедиться, что у нас все тихо и спокойно».
Операция в Кади-Юрте прошла успешно, без единого выстрела. Местному населению невыгодно, чтобы на территории их села разгорелся жаркий бой, как в Первомайском, поэтому они делают все, чтобы показать свое радушие по отношению к войскам.
На следующий день в 5.30 на двух БТРах группы разведки въезжаем в Энгель-Юрт. Несмотря на ранний час, нас уже ожидали так называемые члены инициативной группы села. БТРы заняли позиции у моста и на въезде в село. Разведчики осмотрели мост и наиболее опасные участки дороги, по которым должна подойти колонна основных сил. Чеченцы и личный состав разведгруппы сохраняли внешнее радушие по отношению друг к другу, однако, понимая, что может случиться всякое, разведчики заняли позиции так. чтобы местные не могли подойти к БТРам вплотную.
Через полтора часа появилась колонна основных сил. Бойцы спецназа, СОБРа, отдельного полка ВВ и сотрудники чеченской милиции из Гудермеса быстро спрыгивали с брони, рассредоточивались в селе по заранее разработанной схеме. Штурмовые группы отряда «Витязь», прижимаясь к заборам, передвигаясь по улицам села, обеспечивали прикрытие во время проведения операции. Над селом сделал несколько кругов Ми-8, сбросив листовки командования объединенной группировки федеральных войск а ЧР.
Операция проходила спокойно, и даже, можно сказать, рутинно, если не считать, что под конец был выкраден комендант Энгель-Юрта, на которого была видеоинформация как на активного члена дудаевских формирований.
Были причины, заставившие именно выкрасть, а не просто арестовать его. Боевики, жившие в этом селе, явно переоценили себя. Оружие было спрятано в местной мечети, с минарета которой за нами постоянно наблюдали. Объявив, что по мусульманским правилам в праздник Рамазан люди другой веры не имеют права заходить в мечеть, местные боевики решили, что провели российское командование. Военные сделали вид, что приняли все за чистую монету. Так было достигнуто главное — российские солдаты спокойно вошли в село и вышли из него. Мирные жители, бороды на лицах и черные джинсовки которых наводили на мысль, что совсем недавно они были далеко не мирными, весело переговаривались с российскими солдатами и офицерами. Комендант этого села до того расчувствовался, что попросил командира разведгруппы продать ему 25 комплектов военного обмундирования. Делая многообещающие заверения, командир разведгруппы по секрету сообщил об имеющемся у них оружии, которое находится в БТРе. За сунувшимся в десантный отсек БТРа военным комендантом села звонко защелкнулся люк.
Солдаты и местные жители продолжали улыбаться друг другу: каждый радовался, что провел другого. Одни весело думали о том, что завтра снова вытащат оружие из мечети, другие — как через несколько часов местные удивятся, не обнаружив в селе своего военного коменданта.
Аналогичная операция была проведена по отношению к коменданту Кали-Юрта на обратном пути. Итогом операции было до двадцати изъятых стволов АКМ, два коменданта и . гусь вечером на столе у разведчиков.


Со стороны Новогрозненского ударили по броне пули. Бойцы горохом сыпанули с брони на правую сторону дороги под насыпь

Идем на Новогрозненский

Представители села Энгель-Юрт подъехали узнать, когда начнется «проческа» их села
Но главной целью военного командования под руководством генерала В. Гафарова в тот момент был Новогрозненский. В Новогрозненском находились штаб Масхадова и члены банды тогда еще живого Салмана Радуева. По разведданным, общая численность боевиков в поселке составляла 650— 800 человек.
Переговоры о сдаче боевиками оружия и выдаче новосибирских милиционеров патрульно-постовой службы (а не омоновцев, как многие полагают), захваченных на блок-посту под Первомайским, ни к чему не привели.
Новогрозненский был хорошо укреплен: бетонные подвалы и первые этажи домов превращены в укрепленные огневые точки, прорыты ходы сообщения, окопы и траншеи.
16 февраля утром мы вылетели в район Новогрозненского на рекогносцировку. Из вертолета на северной окраине была хорошо видна линия траншей и первая линия домов, превращенная в цепь дотов. Сегодня утром с этого направления был нанесен минометный удар по расположению четвертого полка. Две мины попали в палатку, где жили бойцы. Левая сторона палатки превращена осколками в решето; четверо погибло и шесть человек в тяжелом состоянии отправили в госпиталь.
По интенсивности радиообмена между полевыми командирами дудаевских отрядов и большому количеству позывных можно было сделать вывод о наличии крупной группировки боевиков в Новогрозненском узле. Несмотря на все попытки командования мирно решить вопрос, переговоры уперлись в заявления боевиков, что они из села не уйдут. Тогда и началась подготовка к операции по освобождению села от боевиков.


Из села в полный рост с белыми флагами шли и бежали мирные жители. Штурмующие подразделения пропускали их через свои боевые порядки

День первый
В штабной палатке отряда вечером состоялось совещание. Командиры штурмовых групп уточняли задачи и пути выдвижения на исходные рубежи. Молодые лейтенанты полны мальчишеской решимости. Командиры постарше молчаливы и более озабочены. Никто из них не сомневался в своих подчиненных, так как не первый месяц готовили личный состав к выполнению сложных операций. Что эта операция будет выполнена, командиры отряда «Витязь» не сомневались, один вопрос — какой ценой: штурмовым группам первыми идти на эти проклятые доты.

БТРы, двигаясь задним ходом, броней прикрывали группы отходящего спецназа. Ведя ответный огонь, командиры выводили свои штурмовые группы из-под огня
18 февраля началось с самых обычных солдатских хлопот. Подгонялось снаряжение, операторы-наводчики проверяли пулеметы на БТРах, заполнился дополнительный БК. Через час колонна БТРов спецназа стояла в общей колонне основных сил. Еще через час общая колонна двинулась в направлении Новогрозненского.
На этой войне есть примета: если навстречу двигаются колонны беженцев — быть бою. Навстречу нашей колонне двигалась большая колонна автобусов с местными жителями в направлении Дагестана, шли и просто одиночные люди.
Въезжая колонной на участок федеральной дороги, разделяющей Суворов-Юрт и Новогрозненский, мы напряглись. И не зря. Слева, со стороны Новогрозненского, ударили по броне пули. Бойцы горохом сыпанули с брони на правую сторону дороги под насыпь. Огрызнулись крупнокалиберные пулеметы БТРов. Хуже всего пришлось первой и второй ГСН, двигавшейся в составе ГПЗ: они попали под более плотный гранатометно-пулеметный огонь.
Мы укрылись от огня из линии первых домов поселка, когда со стороны винзавода в тыл нам внезапно ударили пулемет и гранатомет. Мы оказались между двух огней. Подразделениями новосибирского СОБРа огневые точки на винзаводе были подавлены. Но поступила команда выходить из Суворов-Юрта. Тут проявилась тактическая выучка штурмовых групп: БТРы не стали разворачиваться, а, двигаясь задним ходом и огрызаясь очередями своих КПВТ, броней прикрывали группы отходящего спецназа. Умело используя складки местности, метко ведя ответный огонь, командиры выводили свои штурмовые группы из-под огня.

День второй
За поселком в районе АЗС был сбор подразделений, участвующих в операции. Была выработана новая тактика действий на второй день. Ясно было, что дудаевцы так просто из поселка не уйдут.

Рано утром 19-го февраля пошли БМП отдельного полка, но попав под плотный огонь, опять были вынуждены отойти. Появились первые убитые и раненые: погибли майор из СОБРа и один боец, сгорела от гранатометного выстрела «духов» БМП. Спецназ снова кинули на прорыв линии обороны. Из села уже в полный рост с белыми флагами шли и бежали мирные жители. Штурмующие подразделения пропускали их через свои боевые порядки — чем больше выйдет мирного населения, тем меньше будет жертв.
Как только последние мирные жители перебежали через федеральную дорогу и скрылись за нашими боевыми порядками, обстрел со стороны Новогрозненского усилился. Гранаты от РПГ-7 рвались в воздухе над головами и за нашими спинами, образуя черные облачка дыма. Первая и вторая ГСН по двум направлениям под прикрытием двух БТРов рванули в село. БТРы, не подставляя бортов под гранатометы противника, давили огневые точки своим огнем. Бойцы штурмовых групп, перебегая от дома к дому, двигались вперед. Интенсивность огня нарастала с обеих сторон. Над позицией дудаевцев взметнулся белый флаг. Но зам. командира отряда по спецподготовке отдает приказ: «На провокацию не поддаваться, огонь не прекращать!» (оказывается, такую же тактику «духи» использовали в Первомайском, чтобы поймать на нее несведущих).
Штурмовые группы в конце концов смогли бы подавить огневые точки противника, но понесли бы тяжелые потери, так как дудаевцы находились в более выгодном положении. Чтобы не терять людей, зам. командира отряда дал по рации команду отходить. Штурмовые группы оттягиваются к федеральной дороге. И тут внезапно появившийся наш Ми-24 бьет по федеральной дороге НУРСами — по нашим позициям: В итоге шестеро раненых, многие в шоковом состоянии. Если бы не эта «вертушка», у «Витязя» на этот день не было бы потерь {впоследствии мы выяснили, что летчика, сидевшего за штурвалом «вертушки», отстранили от полетов).
Вторая ГСН почти вся уже выскочила к нам за «федералку», тогда как БТР первой ГСН завяз в желтой вязкой глине в ста метрах от вражеского дота, из которого по нему вели огонь. На помощь к БТРу, ведя огонь из 30-мм пушки на полном ходу бросилась БМП-2. Под плотным огнем противника выскочившие экипажи подцепили тросами своего ставшего внезапно беспомощным «друга», вытянули его из этой колеи.
В этот день также не было достигнуто особого успеха.

День третий
Учитывая опыт двух предыдущих дней, было решено для прикрытия штурмовых групп и подавления огневых точек противника придать атакующим четыре танка (хотя в действительности дали только три). Утром третьего дня спецназ и 47-й отдельный полк начинают новый штурм. Танки прямой наводкой уничтожали огневые точки противника. Несмотря на плотный ответный огонь, сопротивление на первой линии обороны противника было все-таки сломлено: одна линия домов за другой, один двор за другим захватывались ребятами из штурмовых групп.

Внезапно появившийся наш Ми-24 бьет по федеральной дороге НУРСами — по нашим позициям! В итоге шестеро раненых, многие в шоковом состоянии
Темп атаки упал, когда штурмовые группы «Витязя» вышли на рубеж перед пустырем. Чистое поле, простреливаемое во всех направлениях. Справа бьют «духовский» гранатомет и крупнокалиберный пулемет из дома, перед которым накренившись, без башни, стоит сожженная БМП (после первого дня штурма 47-м полком и СОБРом). Танк огнем пушки подавил огневую точку противника в доме напротив нас. Тяжелый дым пожарища стелется по земле. Командир разведгруппы Женя, используя его как прикрытие и еще поддымив дымовой шашкой, взял шестерых добровольцев и по ложбинке кинулся через пустырь, обойдя огневую точку противника слева.
Лежим за плетеным забором. Хочется как можно глубже вжаться в землю и лежать. Женя берет гранату и кидает в дом. После взрыва перебежками влетаем во двор этого дома. Пустырь за нашими спинами, мы на линии обороны противника. Слева от нас, совсем близко, через несколько ломов, работает «духовский» пулемет. Прямо за нами, на той стороне пустыря, откуда мы только что перебежали, выехал наш танк. Танк стреляет — прямо в нас! Женька отчаянно машет головой, оглушенный взрывом. Снимаю шапку и начинаю отчаянно ею махать. В пяти метрах рвутся две гранат, выпущенные нашими гранатометчиками, по металлической трубе над головой противно зацокали пули: наши приняли нас за «духов».
Положение хреновое. Прятаться — значит спровоцировать стрельбу по себе, впереди к тому же настоящие «духи». Слава богу, по связи уговорили не бить по этому дому.
«Духовский» пулемет уже замолк, так как мы ведем огонь под их боком. На наш рубеж уже перебегают другие штурмовые группы. Двигаемся дальше. Проклятые заборы из сетки рабицы — это намного хуже и опасней, чем простые дощатые заборы, за ними не спрячется и проход не выломаешь. Занимаем еще два ряда домов. Вокруг нас уже почти все наши ребята, становится веселей дышать.

Пир на пожарище
Сумерки. Скоро уже стемнеет. Закрепляемся на захваченном рубеже, если можно назвать рубежом хаотично стоящие сараи и дома с ограждениями из сетки. На правом фланге мы последние, десантура так и не вышла на наш рубеж, так что наш фланг голый (знали бы дудаевцы — нам бы пришлось несладко). Горят впереди стоящие дома, ярко освещая наш передний край. Ночью нам это на руку, осветительные ракеты плохо помогают в опустившемся на поселок тумане, да и «духи» через горящие дома не подойдут. Ночью практически никто не спад.

Мы укрылись от огня из линии первых домов поселка, когда со стороны винзавода в тыл нам внезапно ударили пулемет и гранатомет. Мы оказались между двух огней
Наши соседи сзади — новосибирский СОБР. чья командировка закончилась еще вчера. Часть из них снялась и уехала, опасаясь, что формальное истечение срока делает их бесправными в случае ранения или смерти. Другая часть осталась. С новосибирцами мы познакомились еще в первый день. Я был рад встретить среди них майора Пименова из группы «Дельфин» Приднестровского спецназа. Сухпаек в бой никто не берет, поэтому, отловив ошалевших курицу и петуха, ощипав, кидаем их в ведро и на костер. Зарево горящих домов маскирует отблески нашего костра, на котором варятся наши «попугаи». Кто-то находит две трехлитровые банки с вином, разведчики приносят трофейную бутылку «Наполеона». Приглашаем наших соседей из СОБРа. Поев горячей пищи, согревшись вином и коньяком, чувствуем себя уже лучше, усталость как рукой снимает.
Сидим около костра с командиром первой ГСН на креслах, укутавшись ватными одеялами. Утренний холодный туман пробирает до костей. Дудаевцы ночью попытались сымитировать обстрел, но никто из наших не ответил — зачем выявлять собственные огневые точки?
Командир разведгруппы нашел в одном из домов парализованную русскую старушку и ее внука Вадима. Ребята помогли потушить их начавший было гореть лом, отдали им все продукты, которые были. Пятнадцатилетний Вадим дал информацию, что «духи» все эти три дня концентрировались в районе поселковой бани и школы.

Чтобы не терять людей, зам.командира отряда дал по рации команду отходить. Штурмовые группы оттянулись к федеральной дороге

Финал
Утром, как только рассвело, подвезли боеприпасы и через некоторое время дали команду «вперед». Штурмовые группы пошли вперед, несмотря на то, что неожиданно оказавшаяся нашим соседом справа десантура (неожиданно, потому что я не заметил, когда она появилась в Новогрозненском) так и не вышла на наш рубеж и болталась где-то справа сзади. Продвигаясь через сады и дворы, вышли к бане — одноэтажному с желтой штукатуркой зданию. Справа — большая помойка. Пули противно засвистели над головой, прижав нас к земле. Подоспевшие основные силы и бронетехника подавили и эту огневую точку.
Наши группы прошли уже основную часть села, когда появились первые люди с уже настоящими белыми флагами. Это означало, что сопротивление сломлено, инициатива в наших руках.
Бросок спецназа, отдельного полка ВВ. новосибирского СОБРа и других подразделений, участвовавших в штурме, был настолько стремительным, что обороняющиеся не успели заминировать пути отхода. Только в одном месте БТР наехал на противотанковую мину, ему оторвало колесо, но жертв не было. Командир второй ГСН наскочил на двух очумевших «духов», которые продолжали рыть окопы, не подозревая, что исход боя уже решен — и не в их пользу. Второй ГСН обнаружил склад боеприпасов, состоящий из ящиков с разнообразными минами, начиная от ПМН и заканчивая ТМ-57. Ящики, видимо, приготовили к погрузке, так как они были аккуратно составлены в штабели перед домом. Во многих домах стены и пол были в крови, валялась окровавленная камуфляжная форма.
Была получена команда выйти на окраину села и закрепиться. Выйдя на околицу поселка, мы очутились перед черной щелью амбразуры дота и двумя рядами пустых траншей перед ним, расположенными справа на высоте. Решили идти прямо, если откроют огонь — прыгнем в сторону. Дот молчал. Женя для верности кинул в дот гранату. Взрыв гулким эхом прошелся по бетонному просторному чреву уже годящегося только для хранения картошки дота.
«Да, будь здесь несколько духов, долго бы мы их отсюда выковыривали», — посетовал Женя. Сразу за этим домом шел лог, за которым уже пошли горы и «зеленка», с укрывшимися в них выскочившими из села дудаевцами. По ним уже вовсю работали «вертушки» и артиллерия. Колонны техники и пехоты потянулись в горы, чтобы доделать работу, основную и самую тяжелую часть которой выполнил спецназ и другие подразделения, участвовавшие в штурме Новогрозненского.
Итог боя для «Витязя» — один раненный в ногу и трое контуженых. «Витязей» спасла прекрасная выучка и подготовка: жертв у них, учитывая несвойственный этому спецподразделению общевойсковой характер операции, могло бы оказаться и больше.
Всего же потери штурмовавших за три дня составили 18 убитых и раненых.

Что такое отряд «Витязь»?


 
 
Штурм села Новогрозненского
 
1
 
 
 
 
Яндекс.Метрика
  Copyright © 20012-2018 Солдат удачи